Обрести бессмертие

Учение Хуана Матуса было подробно описано американцем Карлосом Кастанедой. Дон Хуан был мистиком, и весь мир он воспринимал мистически. В частности, он придавал большое значение так называемым «знакам», поступающим к нему из «иной реальности».

В чем состояла мировоззренческая концепция школы?

• Вселенная состоит из двух параллельных миров, которые называются «тональ» (то есть мир материальных предметов) и «нагваль» (мир нематериальный).
• Мы общаемся с миром материи через так называемое «первое внимание», т. е. то внимание, которое обеспечивается органами чувств физического тела.
• Для того, чтобы познать нагваль, требуется развить «второе внимание», т. е. ясновидение.
• Есть еще и «третье внимание», при помощи которого постигается Творец-Сила и Его проявление, о котором дон Хуан говорил, как об «Огне».

Согласно мифологии, которую разделяли предшественники дона Хуана, миром правит вселенский божественный Орел. Это было их представлением о Боге. Причем, хоть оно и столь сказочно, но, вместе с тем, монотеистично. Этот Орел питается душами людей, покинувшими свои физические тела. Но Орел также дарует некоторым людям возможность «проскочить» после смерти тела мимо своего клюва и обрести бессмертие, если они обрели при жизни в теле необходимые для этого навыки, развили в должной мере себя как сознания, достигли соответствующей силы.

В этой концепции существовал элемент устрашения, принуждающего к усилиям по совершенствованию себя. Но дон Хуан, подобно Иисусу, восстал против отношения к Богу, основанному на страхе. Он сказал, что навстречу Богу надо идти «тропой сердца» — т. е. тропой Любви. Интересно, что дон Хуан пришел к этому пониманию независимо от влияния других духовных традиций. Он не знал ни учения Кришны, ни учения Иисуса Христа, не читал ни суфийских, ни даосских книг. Новый Завет он явно не читал, иначе бы наверняка его цитировал.

Человек, решивший претендовать на бессмертие, должен сначала стать «охотником». Но не тем охотником, который убивает дичь, а охотником за знаниями, идущим «тропой сердца» — т. е. бережливым, любящим и Землю, и тварей, населяющих ее.

Пройдя стадию «охотника», он мог затем стать «воином» — т. е. тем, кто «выслеживает» Силу (Бога), стремясь «прокрасться» к Ней и познать Ее.

Здесь необходимо отметить, что в школу дона Хуана набиралось лишь очень ограниченное число учеников — единицы. А критерием отбора служило наличие у них уже развитых энергоструктур организма — чакр. Разумеется, таких слов, как чакра или дань-тян индейцы не знали. Но они говорили о сегментах в энергетическом «коконе» человека. И только ученики с развитыми чакрами считались перспективными для того, чтобы выстоять на пути охотника и воина.

Так что набиравшиеся в школу ученики уже обладали большим «заделом» в  психоэнергетической работе, приобретенным в том числе еще в прошлых жизнях на Земле. То есть они были готовы к серьезной работе психогенетически. Это позволяло начинать психоэнергетическую тренировку не с прочистки и развития меридианов и чакр, а прямо с работы над главной силовой структурой организма — хара (нижний дань-тян).

После проведения работы с хара следовал этап деления «кокона» на две части: верхний и нижний «пузыри восприятия». Почему «пузыри»? — Потому что эти части «кокона» видны ясновидящим наподобие плавательных пузырей некоторых рыб. Почему «восприятия»? — Потому что из них можно воспринимать соответственно тональ и нагваль.

Деление «кокона» на два «пузыря восприятия» рассматривалось как важный переходный рубеж перед дальнейшими этапами психоэнергетического совершенствования. Причем надо было освоить концентрацию сознания в обоих «полюсах» разделенного «кокона».

Дальнейшая работа ведется по развитию нижнего «пузыря». Но это лишь после должного утончения сознания или, как это называлось в школе Хуана Матуса, после очищения светимости «кокона».

То есть, приемы утончения сознания, как и во всех других развитых духовных школах, в школе Хуана Матуса предшествовали масштабной «кристаллизации» сознания. Однако, методы «очищения светимости» Кастанедой не описываются, за исключением одного, который можно расценить скорее как шутку, а именно — вдыхание дыма костра.

Благодаря утончению сознания и работе с нижним «пузырем восприятия» ученики приходили в состояние Нирваны (хотя этот термин им был незнаком). Вначале они осваивали статический вариант Нирваны в Брахмане, затем динамический. Динамический аспект Нирваны, когда «кристаллизованное» сознание активно действует в пределах мерности Брахмана. И в этом состоянии можно коснуться сознанием любого существа в пределах Земли и вокруг нее, нужно лишь иметь информацию об этом существе.

Затем в школе Хуана Матуса учениками осваивалось состояние Ниродхи, известное во всех развитых школах буддхи-йоги. Это состояние дон Хуан обрисовывал опять же в специфичных для его школы эндемических терминах. Речь здесь шла о «накате». То есть ученикам объяснялось, что существуют постоянно накатывающиеся на все живые существа энергетические волны, от которых мы защищены своими «коконами». И есть возможность использовать силу этих волн, чтобы переноситься с их помощью в неведомые миры. Эти неведомые миры — суть иные пространственные мерности. Чтобы это произошло, надо было позволить волнам «наката» затопить «кокон». Тогда человек превращался в «ничто», наступала смерть его «я».

И только после достижения состояния исчезновения в Брахмане оказывалось возможным познать Ишвару — и исчезнуть в Нем навсегда, победив свою смерть. То есть, как понял дон Хуан, следовало не «проскочить мимо клюва Орла», а наоборот, влиться во вселенского Бога-Силу.

Обратим внимание, что с помощью Огня можно достичь и дематериализацию физического тела. Это и сделал Хуан Матус со своими спутниками.

Мы сейчас рассмотрели принципиальные этапы работы в школе буддхи-йоги Хуана Матуса. Они оказываются общими для всех школ буддхи-йоги, независимо от того, на какой точке поверхности Земли эти школы находятся, связаны они или не связаны между собой, а также независимо от того, на каких языках говорят в этих школах и какими терминами пользуются. Это происходит так, потому что Бог по одним законам ведет всех тех людей, которые посвятили свои жизни Ему и преуспели в этом.

Рассмотрим более подробно конкретные методы работы школы Хуана Матуса — те, которые подробно описаны Кастанедой и которые мы можем приложить к себе.

Их можно разбить на две группы: подготовительные и основные.

Первым из подготовительных методов является «перепросмотр». Это суть то же самое покаяние, которое присутствует и в основных религиях. Ученикам надо было — преимущественно в условиях «затвора» на протяжении нескольких дней — вспомнить все ошибки в своей жизни и пережить те ситуации заново, но уже правильно. Для того, чтобы у учеников было больше «личной заинтересованности» в этой очень трудной работе, им объяснялось, что при «перепросмотре» они возвращают себе затраченную в неверных эмоциональных реакциях и поступках энергию. Результат покаянной работы от такой хитрости не страдал, ибо главная ее задача — освоить этически правильные формы реагирования, научиться не грешить — при должном усердии достигалась.

Еще нужно было уничтожить «ощущение собственной важности», «ощущение жалости к самому себе» — как те качества, которые приводят к наибольшим потерям человеком энергии. Ведь если он ощущает себя этаким важным, а кто-то посягает на эту важность неуважительным отношением, то такой человек реагирует эмоциональными выбросами обиды, гнева и т. д. При этом-то и растрачивается интенсивно и напрасно энергия организма.

Это ведь действительно не имеет большого значения перед лицом Высшей Цели. А что имеет принципиальное значение — так это умение быть ничем, умение не защищаться, когда кто-то несправедлив ко мне, но быть защищенным, — так учил дон Хуан. А состояние защищенности возникает тогда, когда «меня нет», а есть только Бог.

Еще одним из важнейших подготовительных элементов работы в школе Хуана Матуса была «расчистка тоналя», что в этике индуистской йоги называется исполнением апариграхи.

Еще дон Хуан учил разрушать шаблоны материальной жизни, например, склонность к неукоснительному соблюдению режима дня. Для чего? — Для обретения свободы. Разрушение неразумных шаблонов поведения, мышления, реагирования, привитых воспитанием и традициями морали, должно в итоге привести к «потере человеческой формы», т. е. к состоянию, когда человек научается действовать не рефлекторно или потому, что так принято действовать, а в соответствии с объективной целесообразностью. «Потеря человеческой формы» — не кратковременный механический акт, как фантазировали некоторые ученики дона Хуана, а длительный процесс, сопровождающий постепенное сближение человека с Богом. Завершение этого процесса происходит тогда, когда подвижник научается смотреть глазами Творца на все те ситуации, в которых оказывается его тело.

Но достижение «потери человеческой формы» вовсе не означает, что человек начинает вести себя в обществе «не так, как все». Ведь, во-первых, неизбежные конфликты с другими людьми помешали бы ему делать его главное дело. Во-вторых, поведение, принимающее «вызывающие» формы, во многих случаях являлось бы нарушением главного закона объективной этики — непричинения вреда другим существам. Поэтому ученикам школы предписывалось исполнять общепринятые нормы поведения, иногда втайне посмеиваясь над ними и играя в так называемую «контролируемую глупость». Дон Хуан учил говорить с другими людьми на том языке, который те люди понимают.

Следующий важнейший методический прием — это память о собственной смерти.

Дон Хуан предлагал представить себе, что персонифицированная смерть каждого из нас — всегда с нами. И если быстро оглянуться через левое плечо, то можно заметить ее как мелькнувшую тень. Смерть и сейчас сидит на одной циновке с тобой и ждет твоей ошибки, говорил он Кастанеде. И никто не знает, когда он умрет, в какой момент. Поэтому у нас не должно оставаться незаконченных дел.

Еще один важнейший пункт работы с учениками — это овладение «ментальной паузой» или, как еще говорят, остановкой «внутреннего диалога» (первый термин лучше, ибо ведь кроме «внутренних диалогов» бывают еще и «внутренние монологи»).

Это — совершенно необходимое условие для овладения нагвалем. Потому что нагваль осваивается путем медитации, а медитация, как хорошо сформулировал Раджниш, есть состояние «не-ума». Т. е. для того, чтобы погружаться в нагваль, надо научиться останавливать, выключать на время ум.

С целью освоения «ментальной паузы» дон Хуан применял следующие приемы:

1. Психоделики. Но сразу же отметим, что, во-первых, дон Хуан применял этот метод лишь в самом начале их совместной работы, а потом сам от него отказался. Во-вторых, Кастанеда впоследствии жаловался, что хоть он и глубочайше благодарен дону Хуану за все, сделанное им, но, тем не менее, его (Кастанеды) печень и поныне в рубцах.
2. «Пристальное созерцание». Нужно было долго и пристально смотреть глазами на какой-то объект, как то: ущелье в горах, бегущая вода и т. д. В результате «первое внимание» переутомлялось и выключалось, оставляя место «второму вниманию».
3. Длительное подвешивание тела на сооружениях типа качелей. В результате перечисленных тренировок человек достигал состояния, называемого в китайской йоге «у-вэй» — «недеяние» т. е. «недеяние» на физическом плане, когда останавливается ум (на санскрите, манас) и появляется возможность для направленной медитации, для активности сознания (на санскрите, буддхи). Ведь манас и буддхи находятся в реципрокных отношениях: одновременно они действовать не могут, работает или то, или другое. (Это не значит, что человек без тела или человек в состоянии медитации теряют разумность. Нет. Развитое «кристаллизованное» сознание мыслит. Но оно мыслит иначе: не по-земному).

И еще один уникальный прием, который был разработан в данной школе предшественниками дона Хуана, — это преднамеренное взаимодействие с людьми-тиранами. Прием использовался, чтобы отработать «безупречность воина», т. е. способность соблюдать этические принципы и выдерживать стратегию объективно обоснованного поведения в экстремальных ситуациях.

Теперь перечислим методы психоэнергетической работы, применявшиеся в школе дона Хуана:

1. Очищение внутренней светимости (т. е. утончение сознания).
2. Использование «мест силы» — энергетически значимых для человека зон, в частности, благоприятных для освоения тех или иных медитаций.
3. «Сновидение», которому в работе школы уделялось очень большое внимание. Что это такое? Многие, прочитав книги Кастанеды, безуспешно пытаются приспособить для таких тренировок ночной сон. Нет, этого делать не надо. «Сновидение» — это аналог слова «медитация». Просто из-за незнания общепринятых в других странах терминов индейцам приходилось подбирать свои слова для обозначения некоторых ключевых приемов, явлений и объектов духовной практики. Так родился и термин «сновидение», поскольку медитативные образы действительно могут иметь иногда сходство с образами сновидений. Специальные тренировки в «сновидении» позволяли ученикам, в том числе, отделившись от тела, бегать по стенам, лазать по энергетическим лучам («линиям мира») и т. д.
4. Обучение действию в экстремальных магических ситуациях, умышленно создаваемых руководителем. Для этого использовались этические пороки учеников. Например, если в ком-то еще была готовность к корыстному нападению на других людей, то ему предлагалась заведомо для руководителя проигрышная магическая схватка, которая оказывалась полезной для всех ее участников.
5. Еще применялся прием смещения «точки сборки» за счет энерговоздействия руководителя (это называлось «удар нагваля»; слово «нагваль» имело и второе значение: человек-лидер, овладевший нагвалем и способный активно действовать в нем и из него).
6. Практика медитативного выравнивания энергетических «эманаций» внутри «кокона» по внешним «эманациям» высших пространственных мерностей.
7. Работа с хара, развивающая именно силовой аспект.
8. Использование «олли» (т. е. духов). Это делалось в двух вариантах. Первый — это «приручение» духов, которые должны были, по замыслу, становиться помощниками и защитниками мага. Такие «олли» были у дона Хуана и его друга дона Хенаро в начале их духовного поиска. Но следует предостеречь, что это — ошибочная и чрезвычайно опасная установка, которой ни в коем случае не следует пытаться подражать. Второй вариант работы с «олли» — это охота за ними. Не будем особо удивляться тому, что такая тенденция появилась среди индейцев, живущих в постоянном общении с дикой природой. Ученикам объяснялось, что в какой-то момент им обязательно придется встретиться с неким «олли» в человеческом мужском облике, который вызовет на поединок. В этом поединке можно проиграть, поддавшись страху, но можно и победить. В последнем случае человек приобретает силу этого духа. И ученики готовились к такой схватке, которая могла состояться в любой момент, воспитывая в себе алертность (т. е. собранность) и другие необходимые каждому бойцовские качества. На основе этой учебной игры ученики, в частности, проводили работу по развитию нижнего «пузыря восприятия».

Подводя итоги сказанному, рассмотрим основные разделы этого исключительно богатого ценнейшими теоретическими и практическими разработками Учения. Дон Хуан выделял три раздела: 

• искусство сталкинга (или, по-английски, стокинга),
• искусство намерения,
• искусство сознания.

В истории рассматриваемой индейской духовной традиции искусство сталкинга первоначально заключалось в том, чтобы пройти, прокрасться незамеченными между непонимающими тебя людьми (т. е. людьми, находящимися на более ранних этапах психогенеза) — и прийти к своей Цели. Но в дальнейшем, благодаря, в частности, личному вкладу дона Хуана, это направление было значительно расширено и приобрело характер прежде всего выслеживания собственных пороков. Бог (на его языке — Сила) дает нам по мере нашей безупречности. Т. е. Бог дает нам возможность приближаться к Себе, все больше и больше погружаться в счастье соединенности с Собой — по мере того, как мы совершенствуемся этически.

Второй раздел — искусство намерения. «Намерение» — это то же самое, что «устремленность» к Высшей Цели. Истинный воин, в дон-Хуановском смысле слова, — это и есть человек с верно развитым «намерением». Образ жизни воина приводил его к «полноте» самого себя, т. е. к тому состоянию, которое в индийской йоге называется «адвайтой» «нераздвоенностью» на главное и второстепенное, «целостностью» в посвящении себя только Высшей Цели.

Третий раздел — искусство сознания — это и есть буддхи-йога. Итак, мы еще раз убедились, что Бог ведет всех людей, достигших в психогенезе определенного уровня зрелости, независимо от того, в какой стране и в какой религиозной культуре они живут, по единой методологической схеме. Эти принципы и законы имеет смысл изучать и прилагать к себе и к тем людям, которые идут за нами.

Источник. Бог говорит (Учебник религии). УЧЕНИЕ ХУАНА МАТУСА

Истина с разных точек зрения

Истину невозможно определить словами — она определяется только жизнью. 

Истина всегда больше знания. 

Знание имеет отношение к наблюдаемым вещам, однако истина выходит за пределы чисто материальных уровней, ибо она созвучна мудрости и охватывает такие неуловимые категории, как человеческий опыт, а также духовные и живые реальности. 

Знание берет начало в науке, мудрость — в истинной философии, истина — в религиозном опыте духовной жизни. 

Знание имеет дело с фактами, мудрость — с отношениями, истина — с реальностными ценностями.

Аргументация есть метод науки.
Вера является методом религии.
Логика является испробованным методом философии.
Откровение предоставляет метод для достижения единства в понимании реальности.

* * *

Знание есть сфера материального разума — разума, постигающего факты.
Истина есть область духовно одаренного интеллекта, сознающего тот факт, что он знает Бога. Знание доказуемо; истина постигается в опыте.
Знание является прерогативой разума; истина есть опыт души — прогрессирующего «я».
Знание является функцией недуховного уровня; истина есть ступень интеллектуально-духовного уровня вселенных.
Материальный разум видит мир фактического знания; одухотворенный интеллект постигает мир истинных ценностей.
Два этих взгляда — во взаимной координации и гармонии — раскрывают мир реальности, в котором мудрость интерпретирует явления вселенной с точки зрения прогрессирующего личного опыта.

Заблуждение (зло) есть расплата за несовершенство. Признаки несовершенства или факты неправильной адаптации раскрываются на материальном уровне с помощью критического наблюдения и научного анализа, на нравственном уровне — с помощью человеческого опыта. Присутствие зла представляет собой доказательство ошибок разума и незрелости эволюционирующей индивидуальности. Поэтому зло является также мерой несовершенства интерпретации вселенной.

Возможность допущения ошибок присуща обретению мудрости — пути развития от частичного и временного к целостному и вечному, от относительного и несовершенного к окончательному и ставшему совершенным.

* * *

Человек склонен выхолащивать науку, формализовать философию и догматизировать истину, ибо он отличается интеллектуальной леностью в приспособлении к поступательному устремлению жизни и одновременно панически боится неизвестного. Человеку, в силу своей природы, трудно изменить образ жизни и стереотипы мышления.

Раскрытая истина — индивидуально обнаруженная истина — высшее наслаждение для человеческой души. Такая истина есть совместное творение материального разума и пребывающего в человеке духа.

Между истинным знанием и истиной никогда не бывает противоречия. Противоречие возможно между знанием и человеческими верованиями — поверьями, которые окрашены предрассудками, искажены страхом и подчинены смертельной боязни столкновения с новыми фактами материальных открытий или духовного прогресса.

Однако истина никогда не становится человеческим достоянием без веры. Это справедливо потому, что мысли, мудрость, этика и идеалы человека никогда не поднимутся выше, чем его вера, его возвышенная надежда. И любая такая истинная вера основана на глубоких размышлениях, искренней самокритике и бескомпромиссном нравственном сознании. Вера — это то вдохновение, которым отличается одухотворенное творческое воображение.

Логика эффективна в материальном мире, и математика достоверна, когда область ее применения ограничена физическим миром; однако ни та, ни другая не могут считаться всецело надежными или непогрешимыми применительно к проблемам жизни. Жизнь включает феномены, которые не являются чисто материальными. Арифметика утверждает, что если один человек может постричь овцу за десять минут, то десять человек постригут ее за минуту. Такое суждение убедительно в математике, но оно не соответствует истине, ибо десять человек не справились бы с такой задачей: они настолько мешали бы друг другу, что на эту работу ушло бы намного больше времени.

Математика утверждает, что если один человек соответствует некоторой единице интеллектуальной и моральной величины, то десять человек соответствовали бы десятикратной величине. Однако применительно к человеческой личности было бы правильнее сказать, что такая ассоциация личностей в своей сумме ближе к квадрату участвующих в уравнении личностей, чем к их простой арифметической сумме.

* * *

Ученые забыли, что они имеют дело не с самой природой, а с ее абстрактной моделью.

Людвиг Витгенштейн и другие современные "логические" философы попытались подавить подобные вопросы, утверждая, что они бессмысленны, и поэтому их не следует задавать. Они утверждают, что большинство философских проблем решаются осознанием того, что этих проблем не существует. Это осознание подразумевает ясное понимание того, что вопросы типа "Почему существует Вселенная?" возникают вследствие предрасположенности человека к особого рода интеллектуальному неврозу. Эта болезнь ума проявляется в неправильном использовании слов, которые хотя и звучат осмысленно, однако фактически являются такими же бессмысленными, как вопрос "Где находится Вселенная?". Ведь сама постановка этого вопроса свидетельствует о непонимании, ведь где-то может находиться только вещь, пребывающая внутри Вселенной. Таким образом, задача философии сводится к тому, чтобы вылечить людей от привычки задавать бессмысленные вопросы.

Религии борются за сферы влияния и конфликтуют друг с другом. С их помощью одни люди стремятся возвыситься над другими. Каждая религиозная система противопоставляет "спасенных" обреченным на "вечное проклятие", подлинно верующих - еретикам, а своих сторонников - своим противникам. Даже религиозные либералы играют в игру "Мы более терпимы, чем вы".

Безусловная приверженность какой-либо религии это не просто интеллектуальное самоубийство, это положительное проявление неверия, потому что ум фанатика полностью закрыт для новых возможностей видения мира, тогда как подлинная вера прежде всего подразумевает доверие, открытость неизвестному.

Книги это не реальная жизнь точно так же, как деньги - это не настоящее, потребляемое богатство. Слепое преклонение перед писаниями подобно употреблению в пищу бумажных денег.

Подлинная любовь является следствием понимания, а не чувства долга или вины.

* * * 

Грех должен быть переосмыслен как преднамеренно нелояльное отношение к Божеству. Есть несколько степеней нелояльности:

• неполная лояльность, присущая нерешительности;
• раздвоенная лояльность, свойственная конфликтности;
• исчезающая лояльность, присущая безразличию;
• и утрата лояльности, которая выражается в следовании безбожным идеалам.

Чувство или ощущение вины есть осознание нарушения нравов; оно не обязательно является грехом. Если нет сознательной нелояльности к Божеству, нет и настоящего греха.

Хотя с одной стороны бесконечность является ЕДИНСТВОМ, с другой — это РАЗНООБРАЗИЕ без конца и края. С точки зрения конечных разумных существ, бесконечность является максимальным парадоксом философии и метафизики конечных созданий.

Разум — это объединение всех различий, но в отсутствие таких различий разум теряет фундамент, на котором можно было бы попытаться сформулировать представления, необходимые происхождения, бытия, цели, предназначения, времени, пространства и даже Божества являются только относительно истинными.

И хотя существующие у созданий вселенские мыслительные структуры необходимы для рациональных интеллектуальных операций, все они в большей или меньшей степени являются ошибочными. Концептуальные рамки вселенной являются только относительно истинными; это полезные опоры, необходимость в которых со временем отпадет в связи с распространением более широкого понимания космоса.

* * *

как близок был буддизм к тому, чтобы стать великой и прекрасной религией без Бога, — личностного и всеобщего Божества.

...нашли в буддистской литературе следующие высказывания:

«Из чистого сердца будет струиться радость к Бесконечному; всё мое существо будет в мире с этой неземной радостью. Моя душа исполнена довольства, и сердце мое переполнено блаженством безмятежного упования. Я не знаю страха; я свободен от тревог. Я пребываю в уверенности, и мои враги неспособны испугать меня. Я доволен плодами моей уверенности. Я обрел путь к Бессмертному, на который легко вступить. Я молюсь о вере, которая поддержит меня на долгом пути; я знаю, что запредельная вера не оставит меня. Я знаю, что мои братья преуспеют, если проникнутся верой в Бессмертного, — той верой, которая создает умеренность, честность, мудрость, мужество, знание и стойкость. Оставим же печали и откажемся от страха. В вере своей будем придерживаться истинной праведности и подлинной мужественности. Научимся размышлять о справедливости и милосердии. Вера — истинное богатство человека, наделяющее добродетелью и славой.

Презренна нечестивость; жалок грех. Унизительно зло — остается ли оно в помыслах или претворяется в делах. Как ветер поднимает пыль, так зло вызывает страдания и печаль. Как тень идет за субстанцией материального тела, так счастье и душевный покой следуют за чистыми помыслами и добродетельной жизнью. Зло есть плод помыслов, направленных по ложному пути. Видеть грех в безгрешном, не видеть греха в грешном есть зло. Зло есть путь ложных учений. Те, кто избегает зла, видя вещи такими, какие они есть, обретают радость, ибо приобщаются к истине. Положите конец своим несчастьям — возненавидьте грех. Поднимая свои глаза к Великодушному, всем своим сердцем отвернитесь от греха. Не защищайте зло; не оправдывайте грех. Трудясь над искуплением прошлых грехов, вы обретаете силу, необходимую для сопротивления греху в будущем. Сдержанность рождается из раскаяния. В каждом своем проступке исповедуйтесь Великодушному.

Бодрость и радость суть награда за дела, достойно выполненные во славу Бессмертного. Никто не может лишить вас свободы вашего собственного разума. Когда вера вашей религии освободит сердце, когда твердым и непоколебимым, как гора, станет разум, тогда душевный покой польется спокойно, как течение реки. Те, кто уверен в спасении, навсегда избавляются от вожделения, зависти, ненависти и иллюзий богатства. Хотя вера является энергией лучшей жизни, вы сами должны настойчиво претворять свое собственное спасение. Если вы желаете обрести уверенность в своем окончательном спасении, то вам следует позаботиться о том, чтобы искренне следовать всему праведному. Развивайте в своем сердце уверенность, которая произрастает изнутри, — так вы насладитесь восторгом вечного спасения.

Ни один верующий не может надеяться на достижение проснаправленных Мелхиседеком и продолжавших свой труд в Индии вплоть до появления Будды. Иисус и Ганид нашли в буддистской литературе следующие высказывания:

«Из чистого сердца будет струиться радость к Бесконечному; всё мое существо будет в мире с этой неземной радостью. Моя душа исполнена довольства, и сердце мое переполнено блаженством безмятежного упования. Я не знаю страха; я свободен от тревог. Я пребываю в уверенности, и мои враги неспособны испугать меня. Я доволен плодами моей уверенности. Я обрел путь к Бессмертному, на который легко вступить. Я молюсь о вере, которая поддержит меня на долгом пути; я знаю, что запредельная вера не оставит меня. Я знаю, что мои братья преуспеют, если проникнутся верой в Бессмертного, — той верой, которая создает умеренность, честность, мудрость, мужество, знание и стойкость. Оставим же печали и откажемся от страха. В вере своей будем придерживаться истинной праведности и подлинной мужественности. Научимся размышлять о справедливости и милосердии. Вера — истинное богатство человека, наделяющее добродетелью и славой.

Презренна нечестивость; жалок грех. Унизительно зло — остается ли оно в помыслах или претворяется в делах. Как ветер поднимает пыль, так зло вызывает страдания и печаль. Как тень идет за субстанцией материального тела, так счастье и душевный покой следуют за чистыми помыслами и добродетельной жизнью. Зло есть плод помыслов, направленных по ложному пути. Видеть грех в безгрешном, не видеть греха в грешном есть зло. Зло есть путь ложных учений. Те, кто избегает зла, видя вещи такими, какие они есть, обретают радость, ибо приобщаются к истине. Положите конец своим несчастьям — возненавидьте грех. Поднимая свои глаза к Великодушному, всем своим сердцем отвернитесь от греха. Не защищайте зло; не оправдывайте грех. Трудясь над искуплением прошлых грехов, вы обретаете силу, необходимую для сопротивления греху в будущем. Сдержанность рождается из раскаяния. В каждом своем проступке исповедуйтесь Великодушному.

Бодрость и радость суть награда за дела, достойно выполненные во славу Бессмертного. Никто не может лишить вас свободы вашего собственного разума. Когда вера вашей религии освободит сердце, когда твердым и непоколебимым, как гора, станет разум, тогда душевный покой польется спокойно, как течение реки. Те, кто уверен в спасении, навсегда избавляются от вожделения, зависти, ненависти и иллюзий богатства. Хотя вера является энергией лучшей жизни, вы сами должны настойчиво претворять свое собственное спасение. Если вы желаете обрести уверенность в своем окончательном спасении, то вам следует позаботиться о том, чтобы искренне следовать всему праведному. Развивайте в своем сердце уверенность, которая произрастает изнутри, — так вы насладитесь восторгом вечного спасения.

Ни один верующий не может надеяться на достижение просветления, которое дает бессмертная мудрость, оставаясь ленивым, вялым, слабым, праздным, бесстыдным и эгоистичным. Тот же, кто вдумчив, благоразумен, рассудителен, пылок и честен, еще при жизни на земле может достигнуть высшего просветления, приходящего с покоем и свободой божественной мудрости. Помните: за каждым действием — свое воздаяние.

Зло приводит к печали, грех ведет к мукам. Радость и счастье — следствие добродетельной жизни. Даже злодей пользуется милосердием, пока не созрели его злодеяния, но неотвратим срок жатвы всех плодов зла. Пусть никто не думает о грехе легкомысленно, говоря про себя: „Наказание за прегрешения обойдет меня стороной“. За ваши деяния вам будут платить той же монетой — по суду мудрости. Несправедливость, допущенная по отношению к вашим товарищам, воздастся вам. Создания неспособны избежать той участи, которую уготавливают себе своими деяниями.

Глупец сказал себе: „Зло не овладеет мной“; однако благополучие обретается только тогда, когда душа жаждет упрека, а разум стремится к мудрости. Мудра та благородная душа, которая дружелюбна среди врагов, спокойна среди беспокойства, щедра среди алчности. Любовь к себе — что сорняки на плодородном поле. Эгоизм ведет к печали; постоянная забота убивает. Смиренный разум приносит счастье. Тот есть величайший из воинов, кто покоряет и подчиняет самого себя. Сдержанность хороша во всём. Превосходен лишь тот человек, который ценит добродетель и выполняет долг. Не позволяйте гневу и ненависти овладевать собой. Не говорите ни о ком резко. Удовлетворенность — величайшее богатство. Что дано с мудростью, то хорошо сохраняется. Не делайте другим того, чего вы не желали бы себе. Платите добром за зло; преодолевайте зло добром.

Праведная душа желанней владычества над всем миром. Цель чистосердечия — бессмертие; удел бездумной жизни — смерть. Кто честен, тот не умирает; бездумный уже мертв. Благословен тот, кто постиг состояние бессмертия. Кто мучает живых, тот вряд ли обретет счастье после смерти. Бескорыстные восходят на небо, где они радуются в блаженстве бесконечной щедрости и продолжают исполняться благородного великодушия. Каждый смертный, чьи помыслы праведны, высказывания благородны и действия бескорыстны, не только обретет добродетель здесь, в течение этой короткой жизни, но также — после разрушения тела — продолжит вкушать наслаждения на небе».

Существование Бога математически доказано за 12 шагов: философский анализ

Вопрос о существовании Бога на протяжении веков волновал умы философов, теологов и ученых. Одним из наиболее интересных подходов к доказательству бытия Бога является формальное логическое рассуждение, представленное в виде 12 шагов. Этот метод, основанный на идеях Лейбница и уточненный современными мыслителями, предлагает строгую последовательность аргументов, ведущих к выводу о существовании Бога. Рассмотрим каждый шаг подробнее.

1. Определение Бога

Доказательство начинается с определения Бога. Бог понимается как существо, обладающее всеми "положительными свойствами". Это означает, что Бог является воплощением совершенства, включая такие качества, как всемогущество, всезнание и абсолютная доброта.

2. "Положительные свойства"

Первая аксиома уточняет, что такое "положительное свойство". Оно основывается на идее Лейбница о "совершенстве": свойство или его отрицание может быть положительным. Например, если "доброта" — положительное свойство, то её отсутствие (злость) — отрицательное.

3. Позитивность передается

Вторая аксиома утверждает, что любое свойство, вытекающее из положительного, также является положительным. Например, если "справедливость" — положительное свойство, то "способность быть справедливым" также положительно.

4. Позитивность выражает себя

Первая теорема демонстрирует, что любое положительное свойство может быть проиллюстрировано, то есть выражено в каком-либо существе. Это означает, что положительные свойства не абстрактны, а могут быть воплощены.

5. Быть Богом — это положительно

Третья аксиома утверждает, что быть Богом — это положительное свойство. Это логично, так как Бог, по определению, обладает всеми положительными качествами.

6. Бог возможен

Следствие из предыдущих шагов: если быть Богом — положительное свойство, и положительные свойства могут быть воплощены, то Бог возможен. То есть, существование Бога не противоречит логике.

7. Необходимость в положительных свойствах

Четвертая аксиома утверждает, что положительные свойства обязательно существуют. Это означает, что совершенство и доброта не могут быть иллюзорными — они являются частью реальности.

8. Определение сущности

Здесь вводится понятие "сущности". Сущность — это свойство, которое определяет все остальные свойства существа. Например, если существо обладает сущностью "быть Богом", то все его свойства (всемогущество, всезнание и т.д.) вытекают из этой сущности.

9. Сущность Бога

Вторая теорема утверждает, что "быть Богом" — это сущность Бога. Это означает, что все свойства Бога вытекают из его божественной природы.

10. Необходимость существования

Необходимое существование определяется как свойство, которое обязательно должно быть воплощено. Если сущность Бога включает необходимое существование, то Бог не может не существовать.

11. Существование обязательно положительно

Пятая аксиома утверждает, что необходимое существование — это положительное свойство. Это логично, так как существование предпочтительнее несуществования.

12. Бог существует

Заключительный вывод: сущность Бога обязательно воплощается, а значит, Бог существует. Это следует из того, что Бог обладает всеми положительными свойствами, включая необходимое существование.

Заключение

Представленное доказательство — это попытка логически обосновать существование Бога, опираясь на понятия положительных свойств, сущности и необходимости. Хотя этот подход вызывает споры среди философов и теологов, он демонстрирует, как формальная логика может быть использована для решения глубоких метафизических вопросов.

Буддизм

Буддизм — это прежде всего учение о практических методах духовной реализации.

Для разграничения основных направлений этого движения буддизм нередко описывают как совокупность трёх ян: хинаяны, махаяны и ваджраяны. Слово « яна» обычно переводят как «средство передвижения» [Чаще всего — как «колесница»], однако оно может означать и «путь», и, собственно, «путешествие».

В самом простом и очевидном смысле три эти направления соответствуют трём этапам исторического развития буддизма и трём связанным с ними канонам.

Хинаяна

Хинаяна, т. е. «малый путь», соотносится с первым периодом и опирается на проповеди Будды в передаче его учеников. Сам Будда никогда не стремился записать и систематизировать своё учение. Он читал проповеди на своём местном диалекте, а не на санскрите — языке официальной религии. Но ученики его много путешествовали, и в результате появилось множество сборников его речей, поучений и наставлений для монашеских общин, записанных по памяти на разных языках Индии и окрестных земель. Согласно преданию, в течение нескольких столетий после смерти Будды сформировалось восемнадцать монашеских орденов. Большинство из них в дальнейшем распалось или слилось между собой, но четыре ордена сохранились и процветали как самостоятельные школы наравне с более поздними организациями в составе великих буддийских университетов Индии. Одной их этих четырёх школ была сарвастивада, чьи монастырский устав и основные философские методы были впоследствии перенесены в Тибет. До нашего времени в качестве независимой традиции сохранилась другая из этих школ — тхеравада, которой удалось выжить в Юго-Восточной Азии и Шри-Ланке.

Канон тхеравады, записанный на языке пали (одном из языков Западной Индии), представляет собой самое полное собрание ранних буддийских текстов, дошедшее до наших дней.

Махаяна

Махаяна. Приблизительно к I в. до н. э. набрало силу новое течение и стали появляться первые его канонические тексты — сутры. По преданию, эти тексты Будда сам произнёс при жизни, но поскольку люди ещё не были готовы понять их смысл, они были переданы на хранение нагам [Наги — мифическое племя полулюдей-полузмей, считавшихся преданными приверженцами буддизма.] и другим полубожественным существам. Когда же пришло время, сутры были вновь открыты людям. Последователи этого нового направления назвали его махаяной— «великим путём». По контрасту, более древняя традиция стала именоваться хинаяной, «малым путём», и приходится признать, что в этом названии заключался отчасти уничижительный оттенок. Главной причиной такого снижения явилось расхождение во взглядах на проблему освобождения. Некоторые школы хинаяны, приняв нигилистическую концепцию нирваны, трактовали последнюю как полное исчезновение и утверждали, что достичь её можно только самостоятельными усилиями и только для себя. В противоположность такой трактовке, в основе махаяны лежали представление о взаимосвязанности всего сущего и стремление помочь всем без исключения живым существам достичь просветления, которое понималось как в высшей степени позитивное состояние. Распространившись по странам Азии, махаяна дала начало множеству различных традиций, опиравшихся на самые разнообразные воззрения и методы — от культа благочестивого поклонения, утвердившегося в школе «чистой земли», до специфических дзэн-буддийских медитаций.

Ваджраяна

Третьим этапом развития буддизма стала ваджраяна— «несокрушимый путь». Её каноническими текстами являются тантры, которые, по преданию, Будда открыл людям, находясь уже в своём неземном теле, а не в человеческом облике. Когда именно возникло это направление, до сих пор неясно. Списки буддийских тантр в монастырях появляются не ранее второй половины VII в. н. э., но не исключено, что уже задолго до того в уединённых местах ваджраяну практиковали втайне. Ваджраяна считается не самостоятельной ветвью буддизма, а особым подразделением махаяны. В «Гухьясамаджа-тантре», к примеру, утверждается, что верный последователь ваджраяны «преуспеет на этом лучшем из путей, венце махаяны, на этом пути будд, великом океане махаяны». На Дальнем Востоке ваджраяна распространилась в сокращённой форме, тогда как именно Тибет воспринял и сохранил наследие индийского буддизма полностью, включая и все уровни тантры.

Путь этот начинается с хинаяны, которая трактуется не как низшая форма учения, а как подготовка к освоению остальных ян, закладывающая основы для дальнейшего развития. Трунгпа Ринпоче называл хинаяну «узкой тропой». Он описывал её как путь, на котором человек завязывает дружбу с самим собой и учится не доставлять себе и другим неудобств. На первом плане здесь стоит не помощь всему живому, а стремление к личному пробуждению. Основа хинаяны — честность и смирение. Человек должен осознать, что сам нуждается в помощи, и понять, что до тех пор пока он не разрешит свои собственные проблемы, о помощи кому-то другому нечего и думать. Хинаяна — это путь простоты и отречения от мирских благ. На этом этапе все прелести и соблазны мирской жизни считаются препятствиями, которых следует избегать, и в соответствии с этой установкой поведение ученика регулируется многочисленными правилами. Будучи основанием всего буддийского пути, хинаяна сохраняет своё значение и в дальнейшем. Ученик никогда от неё не откажется: она станет надёжным фундаментом, на котором он возведёт всё здание своих будущих достижений. Главные медитативные техники этого этапа — воспитание безмятежности (санскр. шаматха), то есть усмирение и успокоение сознания при помощи сосредоточенного внимания, и мысленное проникновение (санскр. випасьяна) в природу существования, ведущее к самоотверженности.

Правильная работа на пути хинаяны естественным образом преображает все отношения человека с миром. «Узкая тропа» выводит на широкую дорогу махаяны. На этапе махаяны перед нами раскрывается образ вселенной как безграничной сети взаимосвязей, охватывающей всё пространство и время как единое целое. Как только видение мира расширяется, становится ясно, что каждая частица этого единого целого — это тоже я, и что индивидуальное просветление, достигнутое в одиночестве, несовершенно. Отныне к дальнейшей работе человека побуждает сострадание. Упражнения на этом этапе пути направлены на развитие «шести совершенств», или великих добродетелей: щедрости, нравственности, терпимости, решимости, медитации и мудрости.

Махаяна ориентируется не столько на личность исторического Будды Шакьямуни, сколько на общий принцип «буддства», проявляющийся в бесчисленных божественных формах. Совершенство духовного мира выражается через сравнение с самым прекрасным и достойным, что существует в мире земном, поэтому язык махаяны изобилует образами царского великолепия, роскоши, чувственных наслаждений и красот природы. Особое место в махаяне отводится идеалу бодхисаттвы— личности, которая достигла пробуждения, но предпочла состоянию нирваны труд на благо всех живых существ. На этом этапе человек, следующий путём буддизма, даёт обет бодхисаттвы — клятву служить всему живому до тех пор, пока в мире не останется ни одного непросветлённого существа. Теперь мы начинаем понимать, что природа будды уже заложена в нас, и это позволяет избавиться от духовных амбиций и от установки на достижение цели. Чувственные удовольствия как таковые более не считаются препятствиями: теперь их можно очистить и наслаждаться ими, предлагая в дар другим существам. Путь превращается в праздник, великое пиршество, на которое мы с радостью созываем всё живое.

Когда же мы достигаем этапа ваджраяны, путь становится ещё шире. Теперь мы открыто принимаем любой опыт; теперь в работу совершенствования включается всё и вся. Ваджраяна — это путь духовной алхимии, путь трансмутации. Здесь преображается в нечто качественно иное весь наш личный опыт: наши тело и разум обретают в нашем восприятии божественное совершенство, обыденный мир превращается в мир священный, а энергия отрицательных эмоций и разрушительных страстей претворяется в мудрость и просветлённую деятельность. Этот принцип очень ясно выражен в «Хеваджра-тантре»

[«Хеваджра-тантра» — тантрический текст, посвященный божеству-защитнику Хеваджре и приобретший большую популярность в тибетском буддизме. С его помощью одному из тибетских учителей удалось обратить в буддизм монгольского завоевателя Хубилай-хана]:

Те же вещи, которыми связан мир,
Могут освободить его от уз;
Но мир заблуждается и не ведает этой истины,
А без этой истины он не достигнет совершенства.

В основе методов ваджраяны лежит отождествление себя и всего своего опыта с качествами просветлённости, которые воплощаются в жизнь в формах всех мирных и гневных божеств. Пробужденное состояние проявляется везде и во всём, в каждом без исключения аспекте существования. Эта идея — ключ к языку ваджраяны и к символике, на которой строится «Освобождение посредством слушания». Тантрический путь, в свою очередь, делится на четыре этапа (в некоторых традициях—на шесть). Достигнув последнего этапа, сокровеннейшей сущности тантры, самого её средоточия, мы обнаруживаем, что на самом деле были пробужденными всегда. Здесь уже не нужны никакие упражнения и никакие символы; здесь отпадает всякая необходимость в трансформации. Тот, кто прошёл этот путь до конца, живёт дальше в состоянии совершенной простоты и непосредственного переживания реальности.

Благородные истины буддизма

Буддизм исходит из представления об изначальной чистоте, а не из концепции первородного греха: природа будды заключена в каждом из нас и является нашей сокровенной сущностью. Освобождение синонимично санскритским словам «бодхи» (пробуждение, понимание или просветление) и «нирвана» (затухание или угасание, то есть рассеяние иллюзии).

В основании буддизма лежат четыре благородные истины, которые Шакьямуни, будда нашей эры, провозгласил, обретя просветление: 

• истина о существовании страдания, 
• истина о происхождении страдания, 
• истина о прекращении страдания,
• истина о пути, ведущем к прекращению страдания. 

Страдание

Страдание в буддизме понимается не как обычная боль — противоположность удовольствию, а как более глубокое, неизбывное ощущение неполноценности и нереальности, заложенное в природе самого мирского существования.

Страдание тесно связано с непостоянством всего сущего. Все явления к объекты мира Будда описывал в категориях трёх свойств: непостоянства, страдания и отсутствия «я». Мы страдаем из-за того, что принимаем «не-я» за «я», непостоянное — за постоянное, а то, что в конечном счёте является страданием, — за удовольствие.

Сансара

Существование, обладающее тремя этими свойствами, называется «сансарой», что означает постоянное протекание, прохождение от мгновения к мгновению и от воплощения к воплощению. Сансара — это не сам по себе внешний мир или жизнь вообще, а наша интерпретация мира и жизни. Сансара — это жизнь в том виде, в каком мы проживаем её в состоянии невежества; это субъективный мир, который создаёт для себя каждый из нас. В этом мире есть добро и зло, есть радость и страдание, но все они относительны, а не абсолютны; определить их можно лишь в соотношении между собой, и они постоянно изменяются, превращаясь в свои противоположности. Сансара кажется всемогущей и всеобъемлющей, однако в действительности она, подобно миру сновидений, порождается состоянием нашего сознания и может раствориться без следа, как исчезает сон при пробуждении. Если мы пробудимся от сна сансары хотя бы на мгновение, мир не исчезнет, но явится нам в своей истинной сущности — чистой, сияющей, священной и нерушимой.

Внешний обод колеса жизни разделён на двенадцать частей, в каждой из которых помещена маленькая картинка. Эти изображения символизируют двенадцать звеньев причинно-следственной цепи, которую обычно именуют «взаимозависимым происхождением» [бхавачакра], а Трунгпа Ринпоче называл «цепной реакцией сансары».

Двенадцать звеньев причинно-следственной цепи

• РАЗЛОЖЕНИЕ И СМЕРТЬ [джара-марана]. Любая боль, как телесная, так и душевная, возникает в связи с утратой, разрушением или разложением в той или иной форме, так что этот образ символизирует все страдания сансары.
• РОЖДЕНИЕ [джати]. Оно может обозначать и рождение живого существа, и появление какого-то материального объекта во внешнем мире, и зарождение какой-либо мысли или настроения в мире внутреннем.
• СУЩЕСТВОВАНИЕ [бхава]. «Существовать» значит находиться в состоянии сансары: во внешнем мире — быть подверженным рождениям и смертям, а во внутреннем — пребывать во власти невежества и заблуждений.
• ПРИСВОЕНИЕ [упадана]. Присвоение — это противоположность дарения и отказа от имения. Мы цепко держимся за свои убеждения, за свои взгляды на жизнь и свои представления о самих себе; снова и снова мы хватаемся за каждую очередную мысль или эмоцию, за каждое новое переживание; и точно так же в момент смерти мы всякий раз хватаемся за следующую жизнь.
• ЖАЖДА [Тришна]. Присвоение, в свою очередь, обусловлено так называемой «жаждой» — врождённой потребностью в обретении, вожделением, инстинктом обладания.
• ЧУВСТВЕННЫЕ ОЩУЩЕНИЯ [Ведана]. Чувство это боль.
• СОПРИКОСНОВЕНИЕ [спарша]. То, что происходит всегда при наличии двойственности и каких бы то ни было отношений между субъектом и объектом.
• ШЕСТЬ ЧУВСТВ [шад-аятана]. В индийской традиции ум считается одним из органов чувственного восприятия, объектами которого служат все возникающие в нём ощущения, мысли, чувства и т. д. Таким образом, к обычным пяти чувствам—зрению, слуху, осязанию, вкусу и обонянию — добавляется ещё и мышление.
• ИМЯ И ФОРМА [нама-рупа]. Если существуют шесть чувств, то должно существовать и конкретное живое существо, которому они принадлежат.

Индивидум

Сочетание имени и формы образует индивидуума. Форма — это материальная часть индивидуума, лодка нашего тела, несущая нас по реке жизни, а имя — это все нефизические аспекты нашего существа (пассажиров, сидящих в лодке, можно трактовать как различные стороны и грани нашей личности). У многих народов имени человека приписываются магические свойства. Вместе с именем мы обретаем индивидуальность; имя позволяет отличать нас от других и определяет, кто мы есть. Вспоминая имя какого-нибудь человека, мы автоматически вспоминаем и его внешность, и наоборот. Тело неразрывно связано с разумом; физический и нефизический аспекты существования происходят от одной и той же причины и отражают друг друга.

• СОЗНАНИЕ [Виджняна]. Именно сознание вынуждает нас сознавать самих себя и делит мир на субъектное и объектное. Оно наделяет нас чувством самости, заставляет нас ощущать себя как «я», противопоставленное всему остальному, что не является «я». Символом сознания весьма удачно избрана неугомонная, любопытная обезьяна, без остановки скачущая от предмета к предмету.
• ОБУСЛОВЛЕННОСТЬ [Самскара]. Сознание — это не чистое, непосредственное восприятие, а обусловленный продукт нашего образа мышления.

Обусловленность

Следующее звено цепи именуется «обусловленностью» (иначе — «наслоениями» или «совершённым (в прошлом)»). Под обусловленностью понимаются некие характерные лично для нас влияния или схемы мышления, которыми определяются наши мысли, слова и поступки. Именно на этом этапе вступает в силу закон кармы. Буквально слово «карма» означает «действие», но говоря о законе кармы, мы обычно имеем в виду и действие, и его результат. Это — универсальный закон причины и следствия, проявляющийся на индивидуальном уровне. Всё, что мы думаем, говорим и делаем, влечёт за собой неизбежные последствия. Будда учил, что карма работает на уровне намерений, а не просто действий в прямом смысле слова. Облик нашей жизни определяется самыми сокровенными нашими мыслями и глубиннейшими побуждениями, включая те, которые таятся в самых тайных и труднодоступных недрах нашего существа и могут быть выявлены лишь с помощью сложных медитативных техник. Символом этого звена в цепи сансары служит гончар, лепящий горшки. В теистических вероучениях образ горшечника иногда обозначает Бога-Творца, но в буддизме он олицетворяет силу кармы, которая постоянно и ежесекундно творит мир заново для каждого живого существа.

Из Пелевина

Пелевин КГБТ+

В Брихадраньяка упанишаде говорится: «невидимый наблюдатель, неслышный слушатель, немыслимый мыслитель, неощутимый ощущатель… Нет наблюдателя, кроме него, нет слушателя, нет мыслителя. Это и есть твое «я», твой внутренний владыка, бессмертная сущность…»

там же сказано: «твоя бессмертная сущность и есть невидимый наблюдатель, неслышный слушатель, немыслимый мыслитель, неощутимый ощущатель… Кроме нее, некому наблюдать, мыслить…» и так далее.

– Чувство «я» – клей. Тот самый корень, что прикрепляет вас к месту и времени, которое вам грезится. Если вы обрываете корень, вы способны исчезнуть без следа. Собственно, это и происходит на миг с любым медитатором в момент вхождения в поток. Секрет в том, что, исчезнув, вы можете заново собраться не здесь, а в другом мире.

Когда вы становитесь нулем, вы становитесь всем возможным. А возможное безгранично.

О причинности

KGBT+" Виктор Пелевин. Часть 2.

В нашем мире вообще не существует единопричинности, или, как говорят по научному, монокаузальности. У всего и всегда причин бывает много – и у хороших событий, и у плохих.

Приведу в качестве примера часто встречающуюся в жизни ситуацию. Один человек вынимает наган и стреляет другому в голову.

Вроде бы причиной смерти второго было то, что первый потянул за курок? Юридически да. В суде по другому не рассуждают, и это правильно.

Но мы же не юристы. Мы нормальные люди. А как насчет пороха в патроне? Кто то ведь должен его сделать, верно? Кто то должен распечатать наган на принтере? Кто то должен отвезти убийцу к месту убийства на телеге, разве нет? Кто то должен положить в телегу сена?

А как насчет мыслей и аффектов, заставивших стрелка пожать гашетку?

Немного о философии буддизма

Немного о буддийской филосовии как результат прочтения труда Торчинаова Е.А. Философия буддизма.

* * *

Буддизм можно рассматривать как учение о несуществовании я или души (= агпмана, не-душа - Анатма-вада) как:

• несуществование субстанционального,
• несуществование индвивидуального,
• несуществование вечного.

А что в других системах?

• Индуизм и джайнизм признает учение о "я" (= атман в Упанишадах, =джива).
• Кант: вера в бессмертие души - один из постулатов нравственности.

Дополнение.

Дихотомичен или недихотомичен субъект и объект? Наука изучает переживаемый нами мир, а не мир того, что есть "так, как оно есть". "Так, как есть" - это татхата в буддийской философии, "вещь в себе" у Канта. Следует учитывать, что субъект и объект членимое только в абстракции, только эпистемологички, а не онтологически.

Школу йогачара (виджнянавада) неправомерно сравнивают с учением Беркли. Для Беркли нереален объект. В виднянаваде нереальны субъект и объект, несамодостаточны, в обособленности нереальны и реальны только в субстратном сознании.

Позитивизм смотрит на философию как на комментарии к достижениям естественных наук.

Торчинов Е.А. Мистический (трансперсональный) опыт и метафизика.

Конец дополнения.

Буддизм: чувство "я" - источник клеши - омраченной эффективности. Ум - манас - обеспечивает память и чувство тождественности личности.

Есть еще надличностное "Я", единое для всех существ и тождественное Абсолюту (абсолютному субъекту).

Примечание. Абсолют - неизменная первооснова всего сущего (дух, идеи, божество), что противостоит всякому относительному и обусловленному бытию.

Личнось есть только имя для обозначения соединенных в определенном порядке групп психофизических элементов.

Группы - 5 скандж (буквально - куч). Группы условно реальны, но с другой стороны - формально реальны. 

Элементы групп - дхармы. И все это рассматривается в рамках буддийской философской психологии - абдихармы.

Описание скандх (материл из Википедии).

• Форма, материальное — рупа. Тело с органами чувств, пять их познавательных способностей (зрение, слух, обоняние, осязание, вкус, а также пять соответственных типов материальных объектов восприятия: цветоформы, звуки, запахи, тактильные ощущения, вкусы). То, что в рупа-скандху входят не только тело с органами чувств, но и внешние чувственные объекты восприятия, стирает границы между субъектом и объектом, организмом и окружающей средой. Форма состоит из четырёх компонентов: земли, ветра, огня и воды. Понятие «рупа» близко к понятию «материя» в западной философии.
• «Чистое» чувство, ощущение — ведана. Чувственное переживание, возникающее в потоке сознания при контакте одного из пяти органов чувств и ума. Речь идёт о действии предметов мира на чувственность, а также перцепции. Существуют три вида чувства: приятное, неприятное и нейтральное. Их особенность в том, что они не осмысливаются, а только принимаются: их яркость пропорциональна их интенсивности.
• Совместное постижение, понимание, представления — санджня (сання). Опознавание объектов пяти видов чувственного восприятия: цветоформ, звуков, запахов, телесных ощущений, вкусов; познание через соединение элементов, конструирование их единства, концептуализация, идеи. Знаково-понятийное содержание сознания. Речь идёт об аффективной обработке чувственного восприятия и формировании концепций.
• Формирующие факторы, опыт, склонности, воля — самскара (санкхара). Впечатление, отпечаток, след, латентная тенденция, оставляемая действием (кармой) тела, речи и ума в психике; также мотивации практически всех видов умственной деятельности (мнений, мыслей, решений, волевых импульсов), которые в дополнение к ощущениям и восприятию присутствуют в отдельном моменте сознания. Воля, намерение (четана) являются основой действия (кармы) и движущей силой, закабаляющей в сансаре. При перерождении самскары выступают как «формирующие факторы» тела, органов познания, психики, пола, статуса, окружения и т. д. живого существа, появившегося на свет. Санскара-скандха «собирает», «составляет» другие четыре скандхи. Таким образом, самскара является одновременно и результатом накопления отпечатков прошлой кармы, и «формирующим фактором» при рождении, и источником новой кармы. Речь идёт в первую очередь об осознанном действии.
• Различение, избирательное познание — виджняна (винняна). Общая способность ощущать, различать, распознавать. Существуют шесть распознаваний (виджнян): зрительное, слуховое, обонятельное, осязательное, вкусовое, ментальное. «Шесть форм распознавания» всегда направлены на объект своей категории. В отличие от санджни — познания через установление связи и соединение, виджняна является познанием через дифференциацию, различение, анализ, выбор. Виджняна в широком смысле объединяет ряд непостоянных и мгновенных различных психических состояний в одну серию, обозначает всю интеллектуальную активность, сознание, тождественна психике (читта) и охватывает все психические процессы — от чувственных распознаваний, эмоций и мышления до воли, намерений и внимания, включая понимание результатов действия, не омрачённое эмоциями, запоминание, накопление знаний.

В буддизме нет учения о перевоплощении и реинкарнации. Но не совсем. Передается только энергия, которая связывает существование текущего субъекта с существованием кармического приемника. Все таки передача энергии маловато, нужно что-то типа информационной матрицы, носитель которой конечно уже требует энергетических затрат. И вероятно текущий субъект не передается так сказать в полном объеме жизненного опыта и переживаний.

Буддийская онтология - онтология бессубстрактного процесса: бытие не постоянная вечная субстанция или сущность, а процесс, который не опирается ни на какаю неизменную основу. Онтология может быть организовано следующими блоками:

• доктрина анатмавады (не души)
• теория дхарм
• учение о мгновенности.

Примечание. Праджня — буддийское понятие, обозначающее высшую трансцендентальную интуитивную просветлённую мудрость, в которой отсутствуют какие-либо признаки или качества. В буддизме считается, что праджню можно постигнуть лишь с помощью интуитивного прозрения и осознания, а не путём анализа. Праджня вместе с каруной являются главными «опорами» махаянской традиции.

Праждня состоит в непосредственном интуитировании реальности "как она есть". Эта реальность невыразима, несемиотична, неописываема и недвойственна (нет субъекта, нет объекта), а следовательно невербализуема в языке с его грамматическими и понятийными формами, приспособленными лишь к описанию одних иллюзорных ментальных конструктов и проекций (викальпа, кальпана).

Примечание. Викальпа это все формы мышления и все операции мышления и их результат — знания, полученные с помощью мышления. Викальпа — это также собирательное имя для трех законов мышления: закона противоречия, закона тождества и закона причинности. Знание, полученное в результате деятельности мышления и отличное от восприятия как чистой чувственности, буддисты называют простой кажимостью, мыслительной конструкцией, ибо мир вещей и мир мышления никак друг с другом не связаны; мышление конструирует образы вещей по своим собств. законам, и эти образы не соответствуют ничему в реальности.

Примечание. Кальпана — широкое по объему понятие буддийской философии, означающее фактически всю дискурсивную деятельность сознания, противопоставляемую чистому перцептивному ощущению-отражению объектов. В сарвастивадинской абхидхармистской “Джнянапрастхане” кальпана сололагается с мышлением как таковым (четана) и определяется как определение или “измерение”. В школе Дигнаги восприятие характеризуется как отрицание кальпаны, как опыт, “лишенный конструирования”. Кальпана рассматривается в единстве синтеза и анализа. В первом случае она соответствует креативному воображению как деятельность сознания, конструирующего образы объектов и “проектирующего” их во внешний мир, во втором — “делению” содержания опыта по законам бинарных оппозиций (поэтому синонимом кальпаны выступает “викальпа”). Уже на начальной стадии познавательного процесса “неделимая” мгновенная реальность (свалакшана), фиксируемая восприятием, анализируется и вводится в сетку родо-видовых предикаций. По интерпретации Ф. И. Щербатского, интеллект может постигать объект, называемый горшком, через кальпану как протяженное или твердое тело, определенную субстанцию, являющуюся субстратом цвета, формы и т. п., в то время как реальным (“аффинирующим”) ядром этих конструкций будет невербализуемый точечно-активный момент, соответствующий конечной реальности, тогда как сферой кальпаны будет уровень лишь условной истины (самвритги-сатья). К этому же уровню относится и “корневое” деление опыта на субъект, объект и само познание. Кальпана как источник ложных дихотомий, начиная с субъекгно-объектного, признается и в мадхьямике (его оппозиция — “неконцептуальное знание” праджня-парамиты). Из буддизма концепция кальпаны заимствуется и адвайта-ведантой, где к ней относятся все дифференциации, связанные с “”именем и формой” (нама-рупа), адеятельность “конструирования” как таковая космологизируется в виде активности мировой Иллюзии {Майя). В. К. Шохин.

Буддизм провозглашает принцип всеобщей причинной обусловленности (пратитья-самутпада).

Четыре Благородные Истины.

1. Что такое страдание? (духкха). (примечание. С точки зрения автомата - это ошибка рассогласования). Удовольствие - тоже акспект страдания.
2. Причина страдания. Влечение и хотение (воля?), жизнедеятельность, действие (карма)
3. Прекращение страданаия. Нирвана - определяется в отрицательных терминах. Полностью трансцендентна опыту.
4. Путь, ведущий к прекращению страданий. Восьмеричный путь: праджня (ц этапа мудрости), шила (три этапа нравственности), самадха (три этапа медиативного созерцательного сосредоточения.

Присуща ли буддистам философия?

Буддийская философия относилась самими буддистами, как это ни парадоксально, к области «искусных средств», «уловок» бодхисаттвы (упая), а не к области мудрости-понимания (праджня) ведь праджня (прежде всего праджня-парамита) состоит в непосредственном интуировании реальности как она есть, но эта реальность невыразима, несемиотична, неописываема и недвойственна, а следовательно, и невербализуема в языке с его грамматическими и понятийными формами, приспособленными лишь к описанию одних иллюзорных ментальных конструктов и проекций (викальпа, кальпана). Философия же, как и любая другая форма развертывания дискурсивного мышления, безусловно является языковой по своей природе. Следовательно, она может способствовать обретению мудрости, но сама не может быть мудростью. Но как средство, ведущее к мудрости, она может быть весьма полезна; так, некоторые тексты утверждают, что философия школы мадхьямака является «лекарством» для людей с развитым чувством «эго», самости и с сильной привязанностью к этому «эго» (поскольку мадхьямака учит принципу пустотности всех дхарм), тогда как философия йогачары как «лекарство» предпочтительнее для людей, привязанных к вещам внешнего мира (поскольку йогачара показывает, что те свойства и качества, которые мы приписываем внешнему миру, на самом деле являются проекциями сознания).

То есть дхарма — это «держатель», или «носитель». Держатель чего? Своего собственного качества. Таким образом, дхарма есть неделимый элемент нашего психофизического опыта, или элементарное психофизическое состояние. Можно ли счесть дхарму субстанцией? Опять-таки нет, причем сразу в силу двух обстоятельств. Во-первых, согласно индийскому пониманию субстанции и субстанциальности, которого, например, придерживалась брахманистская школа ньяя, один из основных идейных оппонентов буддизма, субстанция всегда является носителем множества качеств, связанных с ней разными отношениями, тогда как в буддизме каждая дхарма несет лишь одно качество, свое собственное. Во-вторых, индийские субстанциалисты утверждали принцип отличия носителя (субстанции) и несомого (акциденции, качества), что выражалось в формуле дхарма — дхармин бхеда, где дхарма — несомое качество, а дхармин — его субстанциальный носитель. Буддизм же утверждает, что дхарма и дхармин тождественны, носитель и несомое им качество совпадают. Есть и третье принципиальное отличие: субстанции брахманистов, как правило, вечны, тогда как дхармы мгновенны

Дело в том, что во многих (хотя не во всех) буддийских школах дхармы рассматриваются, с одной стороны, как дравья cam, элементы, наделенные онтологическим статусом, реальные элементы, а с другой — как праджняпти cam, то есть как только мыслимые или условные, единицы языка описания опыта. Иначе говоря, наш опыт формируется дхармами и сводится к дхармам, но сами дхармы мы также описываем в терминах дхарм. Здесь можно привести такой, правда несколько грубый, пример — наша речь состоит из слов, но слова мы описываем тоже при помощи слов. Эта особенность понимания буддистами дхарм приблизила их к разрешению так называемого парадокса психических процессов, который европейской психологией стал осознаваться только в XX столетии: мы всегда описываем сознание не в имманентных терминах (терминах, отражающих внутренне присущие ему самому свойства), а в терминах либо внешнего мира, либо другого сознания.

Таким образом, резюмируя выше сказанное, буддизм смотрит на личность как на только лишь имя, призванное обозначить структурно упорядоченную комбинацию пяти групп несубстанциальных и мгновенных элементарных психофизических состояний — дхарм.

Главная идея йогачары — не отрицание объективного существования материи (как у Беркли), а изживание иллюзии, выражающейся в том, что качества и свойства сознания мы приписываем внешним объектам, на которые эти качества и свойства проецируются

Он не имеет ничего общего с европейским идеализмом, коренящимся в онтологическом реализме (признании объективного, реального) существования общих понятий (Платон, Гегель). Он также совершенно отличен от идеализма фихтеанского типа, выводящего бытие из самосознания трансцендентального Я. Учению о «только лишь сознании» ближе (несмотря на все отличия) формы западной философии, склоняющиеся к радикальному номинализму и эмпиризму (уже упоминавшийся Беркли и, конечно, Юм), а также феноменологический подход к проблеме сознания и его состояний и содержаний (Гуссерль).

Цитата из книги Философия Буддизма Махаяны.

Что означает слово мистика

Торчинов Е.А. Мистический (трансперсональный) опыт и метафизика.

Что означает слово "мистика"?

1. Обозначает переживание единения или слияния с онтологической первоосновой мира и всякого бытия вообще (Бог, Абсолют и тому подобное).

Примечание. В качестве аналогии можно рассмотреть парадокс Перрона или Парадокс интересных чисел. Прежде чем что-то искать, стоит доказать существование. В частности, существование онтологической основы мир. Более того, мир может существовать и без онтологической основы. Основу можно отбросить как излишнее в соответствии с принципом бритвы Оккама - не умножай сущности без меры.

2. Обозначение эмпирических ритуалов и мистерий.

3 Обозначение различных форм оккультизма типа магии, астрологии, мантики (искусства пророчеств) и того подобного.

Мистическое можно рассматривать как противопоставление рациональному или научному. Правда тут тоже есть нюансы. Например, мистическое также можно противопоставлять индобуддийской культурной традиции. А также, система Спинозы в значительной степени является рационализацией на основе картезианской методологии мистического опыта. Равно и гегелевский идеализм, согласно предположений Б.Рассела. Поэтому, Торчинов Е.А. заменяет термин "мистический" на "трансперсональный". Закрепляя за трансперсональным "...переживание единения или слияния с онтологической первоосновой мира и всякого бытия вообще". Трансперсональны опыт также имеет характер "архетипичного", что проявляется в виде видений, теофаний (богоявлений), знамений, переживаний единства с онтологической основой мира.

Трансперсональный опыт и язык его описания рассматриваются на нескольких уровнях.

• Уровень переживания.
• Уровень выражения, который зависит от традиции адепта, будет передаваться в категориях и терминах своей доктрины.

Возникает "проблема" с уровнем выражения. 

• Выражение опыта зависит от доктрины, которой придерживается "мистик". А именно, христианский мистик не будет описывать свои переживания в терминах брахманизма. 
• Выражение опыта может описывать в негатеивных формулировках. В частности, в соответствие с "семантической деструкцией языка (Д.Б.Зильберман)". В этом случае описание при помощи символов сменяется негативным - "не то...", перечнем символов, которые не отвечают описываемому, не указывание, на что оно похоже.
• Очень кратко - сходное описано в Дао - как невозможность конвенции.

Возникает "проблемам" с уровнем переживания.

• Культура также деформирует переэивание. Вопрос: в какой степени кудьтуры деформируеют переживания в проецессе его описания? Ф.И.Тютчев.
• Как адекватно описать гнев, радость, сочувствие, страх, влюбленность, "неописываемость", "несообщаемость" знаковыми средствами данного опыта препятствуют количественному измерению информации. 

Еще более интересно, что если мистик выходит за рамки "материнской традиции", да еще сознательно, то он часто становится основателем новой традиции. Пример - Будда. То есть мистический опыт сам способен порождать доктрины, религиозно-философские системы и учения. Мистик приносит культурную информацию в описание и интерпретацию опыта. Трансперсональный опыт - генерирующий импульс. Трансперсональный опыт лежит в основе феномена религии (к тому, что религия порождается страхом и иллюзиями).

Суфийский мистик Джунайд хорошо знал, что невозможно рационализировать мистический опыт или мистический опыт и что опасно открыто говорить о сокровенных тайнах веры в присутствии непосвященного.

Один взгляд на религию

Человек создает религии из страха и посредством своих иллюзий. У высших животных есть страх, но нет иллюзий, поэтому нет и религии.

Религия основывается на поклонении. И объект поклонения разный. Прежде чем перейти к поклонению трансцендентному, по-видимому имело место более привычному и видимому. Например, предлагается следующая последовательность.

1. Поклонение камням

Первым предметом, ставшим объектом поклонения развивающегося человека, был камень.

Примеры.

• Народность катери в южной Индии и многочисленные племена на севере Индии до сих пор поклоняются камню. 
• Изголовьем Иакову служил камень, потому что тот поклонялся ему и даже возливал на него мирру. 
• Рахиль прятала священные камни в своем шатре.
• Камни первыми поразили древнего человека своей необычностью из-за внезапного появления на поверхности вспаханного поля или на лугу.
• У древних кланов и племен были свои священные камни, и большинство современных народов с огромным благоговением относится к некоторым типам камней, которые считаются драгоценными.
• С особым уважением древние народы относились к отверстиям в камнях.
• Надгробный камень — это дошедший до наших дней символ изображений и идолов, которые вырезали на камне в связи с верой в призраков и духов усопших собратьев.

После поклонения камням появилось поклонение холмам, и первыми объектами почитания стали большие каменные формации. Вскоре люди стали верить в то, что боги обитают в горах; это стало еще одной причиной поклонения горным вершинам. Со временем определенные горы стали связывать с определенными богами, в результате чего они стали священными. 

Но впрочем. имело место поклонение пещерам. Верили, что пещеры ведут в подземный мир — обитель злых духов и демонов

2. Поклонение растениям

Вначале растения вызывали страх; позднее они стали объектом поклонения, поскольку из них начали получать опьяняющие жидкости. Первобытные люди верили, что опьянение делает человека божественным. Считалось, что в таком опыте заключалось что-то необычное и святое.

В наши дни те же эффекты наблюдаются относительно растений с наркотическими или лекарственными эффектами.

Деревья. У разных племен и народов существовали самые различные представления о древесных духах. В некоторых деревьях обитали добрые духи, в других — коварные и жестокие.

Финны верили в то, что большинство деревьев является обителью добрых духов. 

Швейцарцы долго не доверяли деревьям, полагая, что в них обитают хитрые духи. 

У кельтов - друиды.

Обитатели Индии и восточной России считали древесных духов злыми. 

В Патагонии до сих пор поклоняются деревьям; такой же культ был у древних семитов. 

На протяжении многих лет после того, как древние евреи перестали поклоняться деревьям, они продолжали чтить своих различных богов в рощах.

И еще, когда-то существовал культ древа жизни.

3. Покдонение животным

Первобытный человек испытывал своеобразное, дружеское чувство к высшим животным. Его предки жили и даже совокуплялись с ними. Уже в древности в южной Азии верили в то, что души людей возвращаются на землю в виде животных. Эта вера была пережитком еще более ранней практики поклонения животным.

Древние люди чтили животных за их силу и хитрость. Они полагали, что острое обоняние и зрение некоторых созданий служит признаком того, что им помогают духи.

Древние евреи поклонялись змеям вплоть до времен царя Езекии, а индусы и сегодня поддерживают дружеские отношения со своими домашними змеями. 

Поклонение дракону у китайцев является пережитком культа змей. Змеиная мудрость была символом греческих врачей и до сих пор служит эмблемой современной медицины.

Древние скандинавы считали, что причиной затмений был волк, пожиравший часть солнца или луны. 

Индусы часто изображают Вишну с лошадиной головой.

4. Поклонение стихиям

Человечество поклонялось земле, воздуху, воде и огню. Первобытные племена почитали ручьи и поклонялись рекам. 

В Монголии до сих пор процветает могущественный культ реки. 

Омовение стало религиозным обрядом в Вавилоне, а индейцы племени криик ежегодно устраивали ритуальное купание.

Иногда тонущему человеку отказывали в помощи из страха оскорбить какого-нибудь речного бога.

Многие горные племена Индии до сих пор поклоняются радуге. И в Индии, и в Африке люди полагают, что радуга является гигантской небесной змеей.

Почитание огня достигло своей вершины в Персии, где оно сохранялось в течение долгого времени.

5. Поклонение небесным телам

Поклонение прошло естественный путь развития — от камней, холмов, деревьев и животных, через стадию боязливого почитания стихий, к обожествлению солнца, луны и звезд.

В Персии почитание солнца породило в дальнейшем культ Митры.

6. Поклонение человеку

Поклонившись всему и всем на земле и на небе, человек без колебаний удостоил такого же обожания и себя самого. Простодушный дикарь не проводит четкого различия между животными, людьми и богами.

В древности все необычные люди считались сверхлюдьми, которые внушали такой страх, что на них смотрели с благоговейным ужасом; в некотором роде, им буквально поклонялись. Даже рождение близнецов считалось либо чрезвычайно счастливым, либо чрезвычайно несчастным событием.

Когда умирали племенные вожди, их причисляли к божествам. Позднее, когда выдающиеся души покидали этот мир, их причисляли к лику святых.

Теокосмизм и его критика.

Вместо неопределенных и расплывчатых утверждений в пантеизме о том, что Бог растворен в природе, что природа есть Бог, А.Н. Троепольский предлагает философско-метафизическую структуру, возникшую в процессе становления мира из одного праматериально-идеального метафизического начала - разумной праматерии. Эта праматерия обозначена в качестве Бога.

Реальным телом выступает бесконечная вневременная недифференцированная сверхчувственная праматерия, а его реальным сознанием - внутренний план ее дифференцирования во времени в физический космос по законам развития и функционирования как части - конечного, как целовго - в бесконечном как целом.

Проблема. Проблемным в этом является - "сверхчувственное". Вступает в противоречие с "недифференцированным". Но можно, можно обозначить определить и так: сверхчувственное это то что чувствует недифференциорованное. Или например, то что может чувствовать бесконечное. Ну и заодно - вневременное.

Разумная праматерия (Бог), находясь во вневременном тождественном самой себе состоянии, принимает решение об эманации, включает процесс дифференциации праматерии. 

Появляется реальный физический космос как система систем физических объектов. 

Разум актуализируется в виде законов функционирования и развития конечных физических объектов космоса в единстве восходящих и нисходящих линий их изменения. 

Определенными этапами создания космоса выступает неживая разумная природа, отдельные физические объекты которой как ее части неразумны; затем - живая разумная природа, отдельные объекты которой как ее части чувствительны, но неразумны; наконец живая разумная природа, отдельные экземпляры которой как ее части (люди) являются чувствующими и разумными существами.

Вневременное метафизическое двуединое начало - разумная праматерия (Бог) - постоянно сопряжено с реальным дифференцированным физическим космосом, является его основанием. Бесконечный космос (мир) есть физико-метафизическое образование, в котором физическая часть есть последовательная многоэтапная эманация праматерии (тела Бога), а метафизическая (ноуменальная) часть представлена как разумной праматерией (Богом), так и последовательными эманациями Его разума в виде сверхчувственных нефизических сущностей - законов.

Проблема. Что значит "сопряжено"? Зачем законам придавать атрибут "сверхчувственности"?

При этом разумная праматерия (Бог) выступает в качестве чисто метафизического ноумена, который является предметом исследования в положительной теоретической метафизике. Все же другие ноумены являются предметами исследования не только философии метафизики, но и конкретных наук. Так ноумены-числа изучаются теорией чисел; ноумены-законы - в науковедении; ноумены, мыслимые в объемах теоретических понятий обществоведения и гуманитарных наук, такие как свобода, государство и др., исследуются соответствующими социальными и гуманитарными науками или областями знания.

Предлагаемую систематизацию мира А.Н. Троепольский называет т е о к о с м и з м о м.

Так, чтобы удовлетворить принципу полноты объяснения мира в диахроническом аспекте, необходимо выйти за границы чувственного опыта, т.е. допустить существование в мире сверхчувственного первоначала. Это первоначало не может быть конечным, так как существование отдельного конечного всегда предполагает существование иного, по крайней мере еще одной сущности, что опять не выполняет принцип полноты объяснения мира в диахроническом аспекте. Следовательно, допускается существование бесконечного единого сверхчувственного первоначала. Но поскольку такое первоначало должно быть, с одной стороны, единым, а с другой - развертывать из себя все последующие ступени развития мира, то оно должно быть субстанцией типа cause sui. 

Далее. Поскольку все стадии развития законоупорядочены и сотворены субстанцией cause sui (причины самой себя согласно определения Спинозы), следовательно, она должна изначально содержать в себе план или программу последующего творения всех стадий и состояний мира, то есть обладать разумом (мышлением, интеллектом) и волей. Но обычный жизненный опыт подсказывает людям, что мышление (мысль) и воля не могут существовать вне существования и жизнедеятельности тела. Отсюда логично предположить, что первоначало мира должно быть двуединым, идеальным и прафизическим, т.е. мышление и воля должны быть органически соединены с праматериальным.

В итоге мы приходим к выводу, что в качестве первоначала мира, или субстанции cause sui, должна пониматься единая, разумная, волевая, бесконечная сверхчувственная праматерия. Очевидно, что эта сущность есть метафизическая сущность. Поскольку такая  В сущность мыслится непротиворечиво, то теоретическая положительная метафизика обосновывает ее интерсубъективное существование. На этом основании допускается ее существование до возникновения человека. 

Проблема. Просто декларируется "сущность мыслится непротиворечиво". Если разобрать содержание того, что мыслится, то оно оказывается просто обозначенным буквами, бессодержательно. В частности, основная претензия к сверхчувственному.

Трудный вопрос о творении сверхчувственным метафизическим началом чувственного физического многообразия мира разрешается аналогией с повседневным жизненным опытом человека. В сознательной жизни человек, прежде чем совершить физическое и чувственно регистрируемое движение в пространстве, сначала промысливает необходимость этого движения и решается осуществить его. В личном поведении человека сверхчуственное начало - движение мысли - предшествует чувственному и физическому движению, т.е. движению тела. До сих пор мы не знаем конкретного механизма взаимодействия в нас сверхчувственного с чувственным (физическим). Но из этого мы не делаем вывод, что такое взаимодействие не существует.

Проблема. Сверхчувственное определено как мысль. Но если в самом начале мы заменим сверхчувственным, как мысль совместить с недифференцированным? Для мысли по крайней мере потребуется дифференция, чтобы отличить от отсутствия мысли. Или все недиффиренцируемое - это одна бесконечная мысль, которая вдруг решила дифференцироваться и приняла решение об эманации.

Чтобы идентифицировать разумное волевое праматериальное первоначало мира и Бога, необходимо показать, что это начало как целостная двуединая метафизическая сущность обладает атрибутами вечности и всемогущества, которыми наделяют Бога все религии мира. Вечность Бога как метафизического первоначала физического космоса следует из его бесконечности, ибо конечное преходяще во времени, а бесконечное не имеет времени; оно вечно.

Проблема. Как определить "первоначало"? Если до начала принятия решения имеем недифферецируемость, то первоначало не является ли просто принятием решения. А потом сразу оказывается нужно показать, что это первоначало - есть начало с атрибутами вечности и всемогущества. Со всемогучеством можно как то примириться, но как определить начало у вечности? Это уже получается полвечности...

Наибольшие трудности возникают в связи с обоснованием всемогущества метафизического первоначала мира.

Дело заключается в том, что люди всемогущество отождествляют с чудом, которое они ожидают от природы и космоса. И хотя чудо не совместимо с законами функционирования и развития космоса, люди не перестают верить в воскрешение погибших в физической ипостаси мира. Однако остается непреложным фактом для каждого разумного человека, что, например, сгоревшее живое существо никак нельзя возвратить к жизни в его физическом обличии. Тем не менее, с моей точки зрения, проявления всемогущества принципиально возможны.

Возможно, с приходом компьютерной цивилизации "поле эмпирического обозрения человечества" будет неуклонно расширяться. С помощью компьютеров человечество будет накапливать как описание фактов, так и видеофакты и фонофакты, и со временем люди могут стать свидетелями этих чудес. Бесконечность разумного первоначала мира означает Его бессмертие, как и подобает божеству. Праматерия, таким образом, хранит всю информацию о себе самой и обо всех эманациях и элементах. Будучи первосущностью, абсолютно разумное праматериальное начало космоса ничем извне не обусловлено - значит, оно обладает абсолютной свободой воли. Тем самым разумное праматериальное начало может развертывать из себя все новые законы своего функционирования - как физические, так и телеологические. Таким образом, не существует принципиальной невозможности снова воспроизвести существование, в том числе и в физическом обличии, погибшего живого существа посредством изменения законов развития и функционирования себя самого.

Идея физического воскрешения людей не нова, она активно развивалась в отечественной философии Н.Ф.Федоровым, К.Э. Циолковским, В.И. Вернадским и А. Л. Чижевским в русле идей русского космизма. 

В нашей конечной физической жизни мы можем не испытать действительного всемогущества абсолютного разумного первоначала физического космоса, так как оно не воспроизводит чудеса именно тогда, когда мы хотели бы их видеть. Но если бы такое происходило по желанию человека, то это означало бы, что человек, а не абсолютно разумное праматериальное начало космоса есть всемогущее существо, что абсурдно. Чтобы не впасть в мистику и остаться на позициях научности, мы должны все же признать, что высказывание: "метафизическое первоначало мира есть Бог" - всего лишь наиболее адекватная теофилософская гипотеза, как и высказывание "метафизическое первоначало мира существовало до возникновения человечест- ва", которое также - не более, чем адекватная философская гипотеза, т.е. представляет знание, основанное на хорошо фундированной рациональной вере, относящейся к естественной религии разума.

На взгляд А.Н. Троепольского, между теокосмизмом и историческими религиями откровения (христианство, ислам, буддизм) нет непроходимой пропасти. Эти два типа религии есть не что иное как два исторических пути познания одного и того же Бога. При этом вполне естественно, что религии откровения исторически предшествуют естественной религии разума. Человечество вначале должно было получить определенные религиозные факты, которые были записаны людьми в священных писаниях в виде откровений Бога и свидетельств самих людей о пришествии к людям Бога. И только затем оно должно было логически осмыслить в естественной религии разума, каким образом это стало возможно, с использованием средств положительной теоретической метафизики. Например, христианское откровение о триединстве божественного начала может быть истолковано с позиций теокосмизма. Бог-отец есть разумное праматериальное начало космоса, атрибутивно присущее ему; Бог-святой дух есть абсолютный разум этого начала, взятый сам по себе, а Бог-сын (Иисус Христос) есть этот же самый космический разум, воплощенный в человеке.

Проблема. Фраза неестественна: "При этом вполне естественно, что религии откровения исторически предшествуют естественной религии разума". Начнем с того, что не определено, что есть "естественная религия разума". А второе, почему религия отровения предшествует?

Далее. Чудеса, которые совершал Иисус Христос, можно объяснить как локальную смену на некоторый промежуток времени физических и телеологических законов функционирования и изменения элементов космоса разумным праматериальным началом мира; конец света, или апокалипсис, - как смену одной программы функционирования и изменения космоса другой программой его функционирования и изменения. До апокалипсиса чудеса, которые совершает Бог, происходят по существующим в мире физическим и телеологическим законам.

Как известно, в современной философии науки различают динамические и статистические законы и закономерности. Динамические и статистические законы суть формы упорядочивания бесконечного многообразия мира. Динамические законы характеризуют функционирование объектов в относительно изолированных системах, состоящих из небольшого числа элементов, в которых фактор случайности равен нулю. Поэтому предсказания на основе динамических законов имеют точно определенный, однозначный характер. Так, в механике, если известен закон движения тела и заданы его координаты и скорость, то по ним можно точно определить положение и скорость движения в любой другой момент времени. Такие законы имеют 100-процентную степень неотвратимости последующих состояний объектов, описанных в этих законах, в случае если эти объекты выполняют соответствующие этим законам условия. В статистических закономерностях каждое событие, выполняющее эти закономерности, является следствием действия динамических законов. Однако предсказания событий на основе статистических закономерностей не носят строго однозначного характера. Необходимость, проявляющаяся в статистических законах возникает в результате сложного взаимодействия случайных факторов.

Если попытаться ответить на вопрос: какова природа случайности, то с позиций теокосмизма случайность можно определить как проявление свободной воли Бога, но и человека тоже, ибо в мире только они обладают свободой выбора. Сами по себе законы мира суть факторы его устойчивости, они нейтральны по отношению к судьбе человека. Они могут как обеспечивать безопасность человека, так и угрожать его жизни в зависимости от случайно складывающихся условий их реализации.

Проблема. Появилось понятие "судьба человека". Почему? Достаточно просто движения, почти броуновского, но с вовможностью управления. Ну а и получается - если ли у разумных молекул судьба?

Конечно, человек как существо, обладающее разумом, рассудком и свободой воли имеет возможность заранее предугадать угрожающую его жизни ситуацию и избежать ее, не имея возможности изменить законы природы. Однако поскольку человек обладает относительными, а не абсолютным разумом и рассудком, он не всегда может адекватно оценить обстановку и, сам того не осознавая, реализуя свою свободную волю может попасть в условия, угрожающие его жизни. Допустим, человек попал в условия, когда реализация динамического закона, угрожающего его жизни, неотвратима, например, человек, сам того не подозревая, выпил сильно действующий яд. Однако беда может быть отведена ситуацией, о которой обычно говорят "чудом спасся". Так, например, в последний момент человек может передумать пить напиток, содержащий яд, или споткнуться и пролить его. С позиций теокосмизма эти случайности можно объяснить либо свободной волей Бога, либо свободной волей человека. Но главное заключается в том, здесь просматривается естественный механизм божественного промысла, помогающего человеку. Промысел Бога может либо изменить ситуацию, когда угрожающий жизни закон не будет действовать, хотя и сохранит силу закона природы (например, человек проливает ядовитое содержимое стакана из-за своего неловкого движения); либо "осенить" человека внезапной мыслью, отменяющей намерение выпить ядовитую жидкость. И здесь все также совершается с сохранением действия законов природы. Люди, избежавшие угрозы их жизни и узнавшие об этом, могут сказать о себе, что "их хранит Бог".

Проблема. Очень похоже на когнитивное заблуждение объяснять все "задним числом". Если монетка 5 раз падает орлом, что имеет соответствующую вероятность, это выглядит конечно как "судьба". Между тем это просто вероятностный закон. 

Ситуация осложняется, когда человек попадает по своей воле в условия неотвратимого действия законов природы, угрожающих его жизни и, несмотря на мольбы о помощи, обращенные к Богу, все же погибает в результате действия этих законов. Чем оправдывается здесь божественная воля? (В теологии эта проблема получила название теодицеи, которое было введено в обиход Лейбницем в трактате "Теодицея", 1710). Бог как существо вездесущее не мог не слышать мольбы человека о помощи. Он мог послать помощь, поскольку, по определению, Бог существо всемогущее. Бог есть абсолютное добро и не может наказать человека за грехи его. Чем же можно оправдать гибель человека? Теокосмизм объясняет это тем, что Бог как существо вездесущее, обладающее абсолютным разумом, в момент обращения к нему человека за спасением провидит всю земную жизнь этого человека, грядущие страдания и грядущие грехи, за которые в неземной жизни последуют еще большие страдания. Спасение приходит к человеку в виде физической смерти, т. е. переводе его жизни, выражаясь языком метафизики, из мира чувственного, физического в мир сверхчувственный, неземной.

Потрясающей силы подтверждение сказанному можно найти в исповеди матери поэта декабриста К.Ф. Рылеева. После казни своего сына мать Рылеева рассказала о своем вещем сне, ее рассказ затем был опубликован в периодике того времени. Когда Рылееву было шесть лет, он сильно заболел. Мать, сидя у постели мальчика, молила Бога о его выздоровлении и незаметно задремала. Во сне к ней явился Господь и провел ее по пяти комнатам судьбы ее сына. В последней она увидела повешенного сына. Господь просил не молить Его о спасении ребенка, обратив внимание матери на те испытания, которые ждут их в будущем. Однако она продолжала умолять Господа о спасении сына от болезни... И, как известно, испила всю горькую чашу своей судьбы до конца.

В обычных ситуациях человек действует по своей воле и ответ на вопрос: жить или не жить? зависит от волеизъявления самого человека. Когда же человек, основываясь на свободной воле, попадает в экстраординарную ситуацию, наподобие описанной, его судьба полностью определяется волей Бога. Он попадает под суд Бога в условиях земной жизни, однако не существует никаких фатума, рока, предопределенности, которые толкали бы человека идти по кем-то извне начертанному пути. Человек сам волен распоряжаться своей жизнью до встречи с Богом в экстраординарной ситуации. В экстраординарной ситуации Бог изменяет линию жизни человека либо путем спасения его через физическую смерть, либо оказывает ему физическое спасение и снова вручает судьбу в собственные руки человека.

Примечание. Весьма утешительно. Действительно, почему бы и нет. Может это и есть сверхчувственное. А может точнее - сверхчувствительное.

Между прочим, в своей обычной жизни человек сознательно может подвергать свою жизнь риску и опасности. Садясь, например, в автомобиль, человек тем самым оказывается в условиях действия определенных статистических закономерностей, свидетельствующих о возможности стать жертвой автомобильно-дорожного происшествия. И все-таки каждый человек, как бы ни относился он к Богу, надеется на Бога, на Его милосердное участие в земной жизни с точки зрения человеческих представлений о благе. Однако, как говорят, "человек предполагает, а Бог располагает", и, видимо, осознание всей глубины этой простой мысли есть один из показателей зрелости человека как мыслителя. И пусть читателя не смущает минорная тональность этой мудрости. Живя полнокровной, яркой, оптимистичной и содержательной жизнью, получая при неудачах утешение в сочувствии близких и друзей, каждый человек должен помнить, что рано или поздно он ощутит неотвратимость смерти и тогда утешить его сможет лишь осознание бесконечности милости Божьей к каждому человеку и, следовательно, к нему.

Пониманию этой простой житейской мудрости человеку может помочь положительная теоретическая метафизика, обосновывающая веру в вечное существование сверхчувственных нефизических сущностей и на этой основе развить адекватную систему рациональной веры, именуемую теокосмизмом.


Источник: А.Н. Троепольский. . Метафизика, философия, теология, или Сумма оснований духовности: Монография. - М.: Издательство "Гуманитарий" Академии гуманитарных исследований. - 176 с.. 1996